Robert Patrick Yorke
Сновидец, неврастеник, социофоб.
Рассказ основан на моём сегодняшнем сне. Не беспокойтесь, мне и не такое снится. Зато сегодня удалось хотя бы выспаться.

Место, где любят джаз


По телевизору нелепый сериал -- американский военный вертолётчик запил с русскими коллегами, пропил паспорт и теперь не может без него улететь на родину. И вот на окраине Бирюлёво прямо перед лабазом приземляется ми-8... а в лабазу кже стоит в очереди главный герой -- пилот Славик, который тут же решил, что друзья прилетели за добавкой.
-- Степанида, дай бутылку "зубровки", три кусочка "Виспы", лимончик и чего-нибудь душераздирающего!
Степанида сочувственно вздыхает. Зная вкусы Славика, кладёт ещё конфеты со вкусом перечной мяты. От простуды. Это Славик приучил её продавать "виспу" кусочками -- уж если Славик покупает "зубровку", значит у него совсем кончились деньги и следующую будет покупать уже в долг. Но долг потом отдаст с процентами, по-другому ни разу не бывало.
А вообще у дяди Миши не принято подавать гостям "зубровку". Обычно у него в гостях пьют "баллантайнс" из кофейных чашек. За столько лет по этой причине гости перебили кучу чашек, но, вот удивительно, меньше в сервизе их не становится.
У дяди Миши? Ах да, простите, я на минутку задремал перед телевизором. По телевизору показывают дурную комедию -- многосерийный фильм из жизни незадачливых военных вертолётчиков, а мне вспомнился старый приятель, дядя Миша -- тоже вертолётчик.

Где в Москве перекантоваться военкору, попавшему сюда на одну только ночь? Даже если есть свой дом -- к себе-то точно не педешь, потому что потом не захочется из дома уходить.
Можно потусоваться с музыкантами на Арбате -- кстати, у них всегда найдётся и вписка неподалёку. Но то летом. А на "Пражскую" к дяде Мише можно всегда. Пить "баллантайнс" (а можно и "Бейлис") из кофейных кружек, почитывать "новую газету", которые дядя Миша потом аккуратно сносит на газон у подъезда -- "для садовых нужд" и слушать разные невероятные Дядямишины истории.

-- На Арбате, конечно, музыканты, -- не соглашается со мной дядя Миша. В кухне его квартиры на "Пражской" уютно и светло, -- А вот бывал ли ты в нагатинском затоне? Вот там -- музыканты!
И произносит это слово с таким значением, что невольно понимаешь -- те музыканты этим музыкантам -- не чета.
-- Где ещё услышишь, как играют на ррззрр? -- продолжает дядя Миша с воодушевлением, -- Я до них только один раз такую игру слышал -- в Косово.

Ррззрр -- гордый родственник вувузелы. Длинная глиняная (но теперь всё чаще пластиковая) труба с глиняным же шаром прямо перед раструбом. В один конец трубы дуют. Из другого конца трубы извлекается звук, поразительно походий на название самого инструмента. Но поскольку такая труба -- плод многих искусств и как правило, самодельная, то тембр у каждого ррззрр, разумеется, свой.

Под звуки ррззрр сербские воины шли в бой -- неприятеля они боялись меньше, чем собственных музыкантов. Сербы (говорит мне дядя Миша, прихлёбывая из чашки) вполне могут гордиться, ну, или стыдиться того, что первыми изобрели психическую атаку.

Уж не знаю, как музыкант с таким вот инструментием оказался в парке Нагатинская Пойма, спокойно и с достоинством продолжает беседу дядя Миша, и главное, как ему не раскроили голову, но в то время парк буквально захватила труппа диких бродячих артистов. Им взбрело в их дикие головы устроить новый театр, навроде того, что Гитлер называл "дегенеративным искусством" Ну, чем кончил Гитлер, ты и сам прекрасно знаешь. А эти... решили они придумать театр без сцены, без театра, вообще без всего. Бременские музыканты. И чтобы актёры бродили среди зрителей и играли, как умели. Такой карнавал. Был у них там йог, профессионально стоял на голове. Была девушка из хипанутых. Эта играла на цитре. Ну, в общем, кто во что горазд. Но даже они быстро поняли, что ррззрр -- это артиллерия тяжёлая! И что дудец на ррззрр должен стоять вдали от зрителей, и желательно, повыше, на пригорке. Или на постаменте, как пионер с горном. И принимать разные героические позы там, маршировать на месте -- только ни в коем случае не дудеть!
-- А зачем он тогда..? -- живо интересуюсь я.
-- Ну, это просто, - отвечает дядя Миша и начинает хохотать -- Кому-то надо же и зрителей разгонять!

...Когда по городу идёт добровольный оркестр, у большей половины которого из инструментов -- музыкальные треугольники, немного скрипок и чего удалось найти в городе, который три месяца жил под бомбёжкой, да плюс ещё несколько ррззрр, то для горожан это -- зрелище! Оркестр хорошо сыгран и может тебе сыграть хоть "прощание славянки", хоть "жёлтую субмарину", хоть "оду к радости" -- ты только не забывай удивлённо улыбаться и махать! Ну, несколько медяков дирижёру в кружку тоже не помешают.

Да, странное такое было время, говорит дядя Миша со вздохом. Я ведь многоцелевой -- могу на Ми-8, а могу и на Ми-24. На Ми-8 грузы хорошо доставлять. Тушёнку, гречку, кофе... гуманитарку, короче. А Ми-24 -- это для тех, из-за кого приходится эту гуманитарку возить. Мать ей...
А жил я тогда почти что с гражданскими. Ну, рядышком. Даже в гости ходил. Тут дядя Миша наливает, отхлёбывает и я вижу, как от глотка у него ходит кадык. Дядя Миша немного задумывается.

-- А у них вместо газет брошюры. Небольшие такие, как фотография девять на двенадцать. И на пяти языках -- там типа чешский, венгерский... Ну и наш, конечно. А статьи все разные. И на русском были всегда в самом конце. Я полистал в гостях у Краевых такую -- гляжу, статья. "Изменение концепции постмодернизма в современных условиях". Тьфу! -- дядя Миша и правдв плюёт в пол. Тут же вытирает газетой, -- как будто им там только и нужно было, что кофе да гречка да концепция постмодернизма.
Дом у них был двухэтажный, кирпичный, три подъезда. А пол в коридоре от выбоин как бы перфорированный. Дом кирпичный. В кирпич -- осколок. Кирпич -- в пол, в полу дыра. Однажды к почтовым ящикам кошка вышла из квартиры прогуляться. Сунула лапу в одну такую дыру, а вытащить не смогла. Кто-то из детей углём на стенке написал: "отпилите Муське лапу или оставляйте ей корм здесь. Она вылезти не может!"
Всем этажом вытаскивали! А могли бы всем подъездом. А не то и всем домом...
Тут дядя Миша замолкает и всем своим видом даёт понять, что добавить ему больше нечего. Ещё одна история закончена.
А потом говорит:
-- А тот оркестр, теперь, все беженцы, наверно. Может, до сих пор в лагерях. А могли бы и на евровидении. Или этой, там... Пако де Лючии подпевать. Такая это штука ррззрр -- один раз услышишь, полгода потом сниться будет.

RPY
14/04/2017